«Дикие дивизии» в российской армии создавать не будут

При этом в Генштабе опровергли сведения о прекращении призыва выходцев с Северного Кавказа.

С середины апреля в СМИ то и дело обсуждали, что вскоре в военных частях смолкнет кавказская лезгинка: выходцы из северокавказских регионов будут освобождены от выполнения долга – службы в армии. Поводом для этих разговоров послужило заявление военного комиссара Челябинской области Николая Захарова, который во всеуслышание огласил якобы существующие на сей счет планы Генштаба. По словам военкома, освобождение от армии кавказцев вызвано желанием снизить увеличившуюся в последнее время национальную напряженность в рядах военнослужащих, преодолеть проблему дедовщины. Однако тогда никто из Минобороны РФ не мог дать четкого ответа, будут ли призывать кавказцев, хотя устного распоряжения от Генштаба на этот счет не поступало.

И вот 12 мая все встало на свои места: заместитель начальника Генерального штаба ВС РФ генерал-полковник Василий Смирнов объявил, что выходцев из северокавказских регионов России по-прежнему ждут в армии, при этом он подчеркнул, что из них не будут формировать специальные «кавказские дивизии». «Молодые люди, живущие на Северном Кавказе, являются полноценными гражданами России, они имеют право и обязанность призываться в ее Вооруженные силы», – цитирует Интерфакс слова замначальника Генштаба. Однако он напомнил, что этих призывников, как и прежде, будут направлять в разные регионы по всей стране. Смирнов обратил внимание журналистов на то, что, согласно Конституции, право граждан по выполнению воинской обязанности не может и не должно ограничиваться по религиозному или национальному принципу.

Также в своей речи Смирнов вспомнил о широко обсуждаемом и вызвавшем беспокойство в обществе вопросе с отсрочками аспирантам, которые, судя по всему, теперь могут вздохнуть спокойно. В частности, он заявил, что «проблемы с аспирантами не существует, она надуманная», добавив при этом, что все обучающиеся на законных основаниях в вузах имеют право на отсрочку от воинской службы. Кроме того, Смирнов напомнил и про уклонистов, которых на сегодняшний день насчитывается почти 7500 человек. Был затронут и никогда не забываемый и ежегодно поднимаемый вопрос о повышении призывного возраста. В этом году – все вновь без перемен: Смирнов заверил, что в настоящее время Минобороны не видит необходимости в данных мерах.

Но вернемся к истории с призывом жителей северокавказских республик. В апреле предположение СМИ о прекращении набора в армию кавказцев основывалось на том, что план весеннего призыва в той же Республике Дагестан сократился с 4000 до 400 человек. Как пишет газета «Труд», военком республики Даитбег Мустафаев отметил, что штаб Южного военного округа не дал никаких объяснений по своему распоряжению. Еще более удивительным было то, что спустя 10 дней пришел уже другой план призыва – 6000 человек – и вновь без пояснений. При этом Мустафаев подчеркнул, что в Дагестане рады увеличившемуся числу призывников, т. к. молодежь охотно идет отдавать долг Родине.

Весенний призыв в этом году полон сюрпризов, а началось все с озвучивания разных данных по количеству планируемых призывников. Так, 31 марта Смирнов заявил, что план составляет 203 000 человек, а уже 4 апреля свет увидел президентский указ, в котором черным по белому была указана иная цифра – 218 720 человек. Между тем в Минобороны никак не прокомментировали корректировку плана весенней призывной кампании. Как предположили в газете «Труд», именно дагестанцами восполнят недобор в рядах российской армии.

Стоит отметить, что еще в конце марта главный военный прокурор Сергей Фридинский заявил, что в армии возросло количество неуставных отношений, в т. ч. в казармах активизировались «национальные» банды. По словам военного прокурора, особенно отличились уроженцы Северного Кавказа. В качестве примера Фридинский привел случай на Балтфлоте, когда дагестанцы издевались над сослуживцами, избивая их, а затем заставили выложить телами слово KAVKAZ. Однако в армии происходят и случаи, когда жертвами неуставных отношений становятся уроженцы северокавказских республик.

Получается двойственная ситуация. С одной стороны, командиры были бы рады, если бы жители Северного Кавказа, объединяющиеся по национальному признаку и устраивающие в армии беспорядки, покинули бы ряды вооруженных сил, чем бы сняли все нарастающую напряженность. С другой стороны, могли бы взбунтоваться остальные: почему кавказцы освобождены от выполнения долга перед Родиной? Во второй ситуации наверняка бы увеличилось и число призывников в остальных регионах страны, и, как следствие, число уклонистов. А для выполнения спущенного сверху плана военкоматы всеми способами пытались бы заманить к себе потенциальных призывников: тут бы не только аспирантам пришлось волноваться, но и выпускникам школ, студентам. В связи с этим возникает закономерный вопрос: неужели в армии нельзя создать условия для снятия национальной напряженности? А отсюда нить уже тянется и ко всей ситуации в государстве, где такие условия также не создаются, в результате чего возникает конфронтация между гражданами единой страны.

Своим видением проблемы с KM.RU поделился главный редактор журнала «Национальная оборона» Игорь Коротченко:

– Официальных заявлений со стороны Минобороны о том, что выходцев с Кавказа призывать не будут, не было. Было лишь неудачное заявление одного из военкомов, который действовал в порядке частной инициативы и озвучил свое собственное мнение. Далее последовало разъяснение, что это мнение не отражает точку зрения Минобороны. И заявление Смирнова по поводу того, что выходцы с Северного Кавказа будут призываться, – это нормально. Также я считаю правильным, что не будут создаваться моноэтнические подразделения, потому что это – вред и ни к чему хорошему не приведет. Кроме того, Генштаб подтвердил, что кавказцы призываются и распределяются по воинским частям российской армии. Я думаю, это – абсолютно правильный подход.

Что касается плана призыва, то он спускается на каждую республику исходя из общей потребности в призывниках. Если в той или иной республике есть переизбыток, то, естественно, выбирают самых лучших, но это решает конкретный военком в конкретном субъекте Федерации. Позиция Минобороны четко заявлена: служат все, призываются все и идут в армию наряду с выходцами из Центральной России, черноземных областей. Никаких ограничений на призыв молодежи из Дагестана, Ингушетии и прочих республик Северного Кавказа нет.

Дедовщины сегодня в армии нет, есть неуставные взаимоотношения, т. к. при одногодичном сроке службы «дедов» быть не может. То, что количество неуставных взаимоотношений возросло, – это факт, который определяется несколькими обстоятельствами. Главное из них – меньше стали скрывать, т. к. если командир утаивает факты неуставных взаимоотношений, то он наказывается гораздо строже, чем по факту того, что они произошли. А второе – нравы улицы идут в казармы. Молодые люди набираются на улицах городов негатива, который транслируют потом во взаимоотношениях внутри воинских коллективов. Это – факт. Пороки общества проникают в армию, а барьер поставить невозможно.

В армии действительно есть случаи, когда казарменные хулиганы группируются по этническому принципу, когда, например, 5-6 дагестанцев держат в страхе, допустим, все подразделение, но это обусловлено тем, что командиры не наводят порядок, т. к. при нормальном уставном порядке достаточно средств, чтобы подавить любые формы этнических проявлений неуставных взаимоотношений. Я выступаю за то, чтобы как можно скорее были созданы подразделения военной полиции. В тех случаях, когда командиры упускают ситуацию и не могут справиться, в дело вступала бы военная полиция, которая должна регулировать все вопросы взаимоотношений быстро, жестко, а если надо, то и с применением спецсредств (газ, дубинки, наручники), в т. ч. в отношении тех военнослужащих, которые пытаются сплачиваться в миниатюрные моноэтнические образования и терроризировать своих сослуживцев. Также военная полиция может устрашать нарушителей, чтобы они не совершали рецидивов.