Александр Григорьевич Ющенко

Почему нынешний президент Белоруссии ведет себя как бывший президент Украины

“В этом мире нет спасения от двух вещей: зубной боли и государственной деятельности Бенджамина Дизраэли”, — заявил в середине XIX века известный британский политик лорд Солсбери о тогдашнем премьер-министре страны. За прошедшие 150 лет стоматология шагнула далеко вперед. Но если говорить о России, то у Дизраэли как “универсального раздражителя” появился более чем достойный наследник: Батька Белоруссии Александр Лукашенко.

На фоне газовых войн Москвы и Киева эпохи Ющенко очередной конфликт Кремля с Лукашенко вполне может показаться детским лепетом. В случае с “оранжевой” Украиной “Газпром”, к ужасу Европы, иногда закручивал вентиль в разгар суровой зимы. Сейчас на дворе жаркое лето, когда уменьшение поставок “голубого топлива” ни для кого не является критическим. Ющенко при всех его прозападных симпатиях без колебаний щелкал рубильником и обрекал своих европейских соседей на замерзание. Антизападный диктатор Лукашенко не торопится выполнять свою угрозу и перекрывать транзит российского газа в Европу.

Однако если принимать во внимание долгосрочный ущерб внешнеполитическим интересам, то белорусский Батька может дать бывшему лидеру Украины сто очков вперед. Ющенко можно сравнить с горе-гусаром, который обрушивает на своего противника серию ударов, но быстро выдыхается. Лукашенко — это вода, которая год за годом, медленно, но упорно точит камень.

Что Москве больше всего нужно от Минска? Мы заинтересованы в том, чтобы жители Белой Руси видели в Руси Великой самого близкого и надежного партнера в сфере политики и обороны. Нам нужно, чтобы в Белоруссии была нормальная рыночная экономика. Ведь только в этом случае Россия может создать с этой страной сначала реально работающий таможенный союз, а затем и единое экономическое пространство.

Если послушать Лукашенко, то все это вполне совпадает с его самыми заветными политическими желаниями. Но в политике слова редко совпадают с высокопарной риторикой. Белорусский Батька провоцирует конфликт с Россией вовсе не только в силу своей врожденной злокозненности. Любая политическая система обладает своей логикой развития. Нынешний белорусский политический режим выстроен на политических извращениях. Поэтому и логика его развития может показаться извращенной и противоречивой. Властной верхушке в Минске выгодны разговоры об интеграции с Москвой. Но любая реальная интеграция для нее неприемлема и даже опасна.

Начнем с хозяйственной сферы. Не будем говорить, что в других государствах Таможенного союза — России и Казахстане — создана образцовая свободная рыночная экономика западного образца. И в стране Путина, и в стране Назарбаева мы имеем дело с олигархическими экономическими системами и многочисленными перекосами. Но все познается в сравнении. А по сравнению с Москвой и Астаной Минск — это настоящий заповедник командной экономики советского образца. В этом смысле Лукашенко гораздо ближе к узбекскому лидеру Исламу Каримову, чем к обоим членам российского правящего тандема или Назарбаеву.

Пытаться создать таможенный союз с такой страной то же самое, что увлеченно заниматься скрещиванием кошки и собаки. Не будем наводить на Лукашенко напраслину. В его вотчине не все так запущено, как у Каримова. Белоруссия — это Европа. Если Батька пойдет на экономические реформы и либерализацию экономики, то Минск может очень быстро догнать, а то и перегнать Москву и Астану.

Но это только в Китае с его огромной массой нищих крестьян, готовых за гроши выполнять любую работу, можно делать все более свободной экономику, сохраняя жесткий контроль над политикой. В Белоруссии подобные эксперименты чреваты быстрым демонтажом нынешнего политического режима. А при всех своих недостатках Александр Григорьевич не самоубийца. Он не сделает ничего такого, что подвергло бы риску его политический контроль над Белоруссией. С точки зрения россиянина, неформальный политический девиз Лукашенко “Мы Москве — слова о дружбе, а она нам — миллиарды долларов” — это верх цинизма и непорядочности. С точки зрения самого Батьки, это единственно возможный и единственно правильный политический курс.

Можно, конечно, сказать: бог с ним, таможенным союзом, и давайте забудем о надеждах на реальную экономическую интеграцию с Минском. В глубине души многие политики в Москве уже давно заняли такую позицию. Российские лидеры отнюдь не случайно уделяют столько времени и усилий созданию альтернативной системы трубопроводов. Когда это произойдет, возможности правителей Белоруссии и Украины шантажировать Москву многократно уменьшатся.

Но экономика — это еще не все. Есть еще сфера политики и идеологии. Авторитарные режимы типа лукашенковского не могут существовать без образа врага. Но вот кто лучше всего подходит на эту роль в сегодняшней Белоруссии? Оппозиция? Это, конечно, святое. Но Лукашенко давно низвел своих внутренних оппонентов до уровня едва заметных лилипутов. Мочить по полной программе “врагов народа”, не раскручивая маховик кровавых репрессий и не объявляя “предателями” всех подряд, — выставлять себя на посмешище.

По схожим причинам на роль главного белорусского “врага” сейчас не тянет и Запад. С США и Западной Европой у Лукашенко позиционное противостояние. А страсти, как известно, возбуждают не сидение в окопах, а бурные атаки и контратаки. Остается одна Россия, которая к тому же, с точки зрения Александра Григорьевича, на самом деле ведет себя нехорошо: отказывается финансировать его режим, не получая ничего взамен.

Беда в том, что яд антимосковской пропаганды в Белоруссии делает свое дело. Еще в 90-е годы жители республики не мыслили себя без России. Сегодня они по-прежнему к нам хорошо относятся. Но в массовом белорусском сознании наша страна постепенно превращается в державу, которая с маниакальным упорством стремится подмять под себя все и вся. Белорусы уже не думают: мы живем хорошо благодаря России. Теперь они уверены: мы живем хорошо, несмотря на Россию, вопреки всем ее попыткам подбросить нам дохлую кошку.

Пока Лукашенко у власти, Белоруссия никогда не окажется в объятиях Запада. У Батьки для этого слишком хорошо развит инстинкт самосохранения. Но еще никому в человеческой истории не удавалось оставаться у власти вечно. И когда рано или поздно Лукашенко оставит бразды правления, копившиеся годами антироссийские настроения в Белоруссии дадут о себе знать.

Нынешняя газовая война Москвы и Минска вряд ли войдет в историю. Скорее всего лет через 30—40 о ней будут помнить лишь узкие специалисты. Но так ли уж не важна песчинка? Именно из них ведь строятся стены. Июньский конфликт Москвы и Минска-2010 — одна из многочисленных песчинок, которые Лукашенко использует для строительства стены между россиянами и белорусами.

Дослужившийся в конце своей карьеры до кресла премьер-министра лорд Солсбери был абсолютно прав: бывают политики, чья деятельность хуже зубной боли.