Эксперт о необходимости десталинизации

Пусть и с запозданием — давно пора! — но нашёлся-таки умный человек председатель Совета по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте Российской Федерации, член Политсовета партии «Союз правых сил», доктор юридических наук, заслуженный юрист России Михаил Александрович Федотов, который сумел сформировать целую программу, а, главное, найти, по его словам, полную поддержку у Президента страны Д. А. Медведева, чтобы начать процесс «десталинизации», а по законам русского языка это означает — развенчать «сталинизацию», то есть, очистить первоначальное имя от всего того ложного, наносного, напридуманного и насочиненного, что, как ракушечник остов корабля, облепило имя Сталина.

Вот только невесть зачем потомственному юристу еврею Михаилу Федотову не раньше — не позже, именно сейчас распалять в России антисемитизм

(«АНТИСЕМИТ лат. anti- «против», semit «семит» (т.е. еврей, потомок библейского Сима, сына Ноя). Человек, не любящий евреев, юдофоб. Антисемитизм, т.е. нелюбовь к евреям», — «Карманная еврейская энциклопедия», Ростов-на-Дону, 1999, стр. 13), расцарапывать едва затянувшиеся было тончайшей коросткой глубокие раны памяти сотен тысяч прошедших лагерный ад, устроенный евреями? Разве что принять за ответ сказанное А. И. Солженицыным о евреях: «Этот срыв, при власти и торжестве, в наглость — как раз более всего и отталкивает окружающих» (А. И. Солженицын «200 лет вместе», М., 2002, т. 2, стр. 340).

«Сталинизм» как негативное явление сформулировал Н. С. Хрущёв, Первый секретарь ЦК КПСС, в конце февраля 1956 года в докладе ХХ съезду КПСС, тогда Никита Сергеевич впервые заговорил о сталинских преступлениях. «В этот период (1935-37-38 гг.) стала применяться практика массовых репрессий, проводимых при помощи государственного аппарата, — говорил Н. С. Хрущёв на закрытом заседании съезда. — Страшная картина всего произвола, тесно связанного с неправильным поведением Сталина. Факты доказывают, что Сталин постоянно злоупотреблял своей неограниченной властью, действовал при этом от имени ЦК, не спрашивал при этом мнения не только членов ЦК, но даже и членов Политбюро. Нередко он не информировал их о лично им принятых решениях, касавшихся чрезвычайно важных партийных и государственных вопросов… Установлено, что из 139 членов и кандидатов ЦК партии, избранных на XVII съезде, 98 человек, то есть 70%, были арестованы и расстреляны (большинство в 1937-1938 г.г.) (Возгласы возмущения). Та же судьба постигла не только членов ЦК, но и большинство делегатов XVII съезда. Из 1956 делегатов с правом решающего или совещательного голоса, 1108 человек были арестованы по обвинению в контрреволюционных преступлениях. Все это было результатом злоупотребления властью Сталиным, который начал применять массовый террор против партийных кадров. В эти годы проводились в массовых размерах репрессии, которые не были основаны ни на каких конкретных фактах… НКВД стало применять преступный метод заготовления списков лиц, дела которых попадали под юрисдикцию коллегий Военных Трибуналов. При этом приговоры заготавливались заранее. Ежов обычно посылал эти списки лично Сталину, который утверждал предложенную меру наказания. В 1937-38 году Сталину было направлено 383 таких списка с именами тысяч работников партийных, советских, комсомольских, армейских и хозяйственных работников. Он утверждал эти списки», — из доклада Н. С. Хрущёва ХХ съезду КПСС 24-25 февраля 1956 года.

Н. С. Хрущёв, заметьте, говорит о тысячах сталинских жертв, потом, и сегодня это стало устойчивой мерой «сталинских репрессий», заговорят о миллионах, хотя тому есть точные цифры. В совершенно секретной, написанной в единственном экземпляре «Справке КГБ при СМ СССР о полученных НКВД СССР санкциях от Сталина И. В. и других членов Политбюро ЦК ВКП(б) на осуждение Военной Коллегией Верховного Суда СССР за период с 27 февраля 1937 г. по 12 ноября 1938 г.» чётко прописано: «Из документов, имеющихся в особом секторе ЦК КПСС, видно, что с 27 февраля 1937 года по 12 ноября 1938 года НКВД СССР получило от тов. Сталина и других членов Политбюро санкцию на осуждение Военной Коллегией Верховного Суда СССР на 38. 679 чел., из них: 16. 606 в 1937 году и 22. 073 в 1938 году» (ЦХСД. Ф. 2.Оп. 1. Д. 224. Л. 70 — 73. Подлинник. Машинопись. — «Источник. Документы русской истории», 1999, № 5, стр. 81 — 83).

Понятия «сталинизм», «сталинизация», нарожденные в шестидесятые годы прошлого века, оказались очень удобным прикрытием для всех тех, кто бессудно сажал, пытал, расстреливал. Так кто же эти палачи, на долгие десятилетия надёжно и безопасно скрывшиеся, растворившиеся в «сталинизации», так кто же они — не надуманные, а подлинные учинители советского и, прежде того, кровавого красного террора, лично загубившие тысячи и тысячи душ, и не в «1935-37-38 гг.» развернувшие массовые репрессии, как лживо утверждал Н. С. Хрущёв, подлаживая кровавый молох под годы правления И. В. Сталина, на самом деле сосредоточившего к тому времени гигантскую власть в своих руках, а намного прежде того, когда никакого всевластия Сталина и в помине ещё не бывало. Речь идёт о 20-х годах минувшего века, когда из ЧК-ВЧК начало взрастать ГПУ — Государственное политическое управление — создатель концентрационных лагерей, этих фабрик массового истребления русского народа. И кто ж входил в число архитекторов, прорабов концлагерей? Сталина там не было, — это точно.

В Коллегию из девяти человек Государственного политуправления при НКВД РСФСР, утверждённую Советом Народных Комиссаров 4 июля 1922 года, вошли три еврея: Н. С. Уншлих, Г. Г. Ягода и С. А. Мессинг — руководитель ГПУ Петрограда, всего Севера и Северо-Запада, два поляка, русский, украинец, белорус и латыш. В Коллегию Объединенного ГПУ уже при Совете Народных Комиссаров СССР, учреждённую 18 ноября 1923 года, добавились украинец В. Н. Балицкий и полпред ОГПУ в Закавказской Федерации еврей С. Г. Могилевский. После гибели в авиакатастрофе С. Г. Могилевского членом Коллегии в марте 1926 года и заместителем Председателя ОГПУ назначен М. А. Трилиссер. В Закавказье С. Г. Могилевского сменил З. Б. Кацнельсон (Вадим Баринов «Евреи в КГБ», М., 2006, стр. 41, 46).

Специально созданное в апреле 1930 года Управление лагерей, которое в октябре того же года преобразовано в Главное управление лагерей, первого начальника Управления латыша Ф. И. Эйхманса в июне 1930 года сменил еврей Лазарь Иосифович Коган, заместителем его стал еврей Матвей Давидович Берман, помощником — Яков Давыдович Раппопорт. Подбор не случаен, если учитывать, что Управлением Делами ОГПУ в это время заправлял Яков Маркович Вейншток.

Через два года, в июне 1932-го, Лазаря Иосифовича Когана на посту начальника Главного управления лагерей ОГПУ сменит Матвей Давыдович Берман (Вадим Баринов «Евреи в КГБ», М., 2006, стр. 50, 52).

Среди руководителей ОГПУ так же: с 1926 года — Трилиссер Михаил (Меер) Абрамович, Яков Самуилович Агранов (Янкель Шевель Шмаев, если называть Агранова настоящим именем), в феврале 1933 года он станет заместителем Председателя ОГПУ.

В 1934 году Генрих Григорьевич Ягода (опять же адаптированное имя-отчество. Подлинное, родовое имя Ягоды — Енох Гершенович) назначается Народным комиссаром внутренних дел СССР. В ноябре 1936 года должность заместителя наркома внутренних дел СССР занимает Лев Николаевич Бельский (и опять же это псевдоним, родовое имя — Абрам Левин), который становится полновластным хозяином, вольным по собственной прихоти казнить и миловать тысячи крепостных душ на строительстве железной дороги Карталы — Акмолинск.

Финансовый отдел сначала ВЧК, затем ГПУ-ОГПУ с июля 1921 года возглавляет Лазарь Израилевич Берензон и занимает этот пост 25 лет, по совместительству возглавляя финотделы НКВД РСФСР, Беломорстроя, строительства БАМа, первого, довоенного ещё, и вырастает до заместителя начальника ГУЛАГ НКВД СССР.

М. Д. Берман, которого мы уже упоминали как заместителя начальника Главного управления лагерей страны, чуть позже возглавит ГУЛАГ, а в 1936 году встанет во главе переселенческого отдела НКВД, отправляя на холодную и голодную смерть в необжитые дикие северные края тысячи и тысячи спецпереселенцев, и хорошо справлялся со своей палаческой ролью Матвей Давидович, если пошёл на повышение, сначала возглавил каторжное строительство канала Москва — Волга, а, преуспев на бесчеловечной эксплуатации заключенных, выбился в заместители Наркома внутренних дел СССР. На костях заключенных Матвей Давидович проложил канал, на костях заключённых построил свою карьеру.

Длинен же список карьеристов на чужих костях, разных званий они и должностей, но одного рода-племени: заместитель Наркома внутренних дел СССР Семён Борисович Жуковский; заместитель начальника ГУЛАГ, одновременно начальник Дмитлага и заместитель начальника строительства канала Москва — Волга Зиновий Борисович Кацнельсон; заместитель начальника конвойных войск СССР Леонид Яковлевич Корнблит; помощник начальника ГУЛАГ ОГПУ НКВД СССР Иосиф Борисович Лернер; член Коллегии ОГПУ СССР с мая 1933 года Лев Григорьевич Каган; управляющий Делами ОГПУ СССР с 1933 года Георгий Маркович Островский; Израиль Израилевич Плинер с 1933 года — помощник, с 1935 года — заместитель начальника ГУЛАГ ОГПУ НКВД СССР, с октября 1936 года — начальник переселенческого отдела НКВД СССР, с августа 1937 года — начальник ГУЛАГ НКВД СССР; Яков Давыдович Раппопорт — с 1930 года помощник, с 1932 года — заместитель начальника УЛАГ-ГУЛАГ ОГПУ НКВД СССР, начальник строительства Рыбинского и Угличского гидроузлов, Управления Волжского исправительно-трудового лагеря — ИТЛ, с 1940 года — начальник Главгидростроя, начальник Тагилстроя и одновременно начальник управления Тагильского ИТЛ, управления Волго-Балтийского ИТЛ; Семён Григорьевич Фирин (Фирин-Пупко) — начальник строительства Беломорско-Балтийского канала, начальник Дмитлага, заместитель начальника ГУЛАГ; Нафталий Аронович Френкель — заместитель начальника ГУЛАГ НКВД СССР, начальник Главного управления лагерей железнодорожного строительства НКВД-МВД СССР; Яков Михайлович Генкин — начальник отдела мест заключения УНКВД Саратовской области; командир конвойного полка войск НКВД Московского округа Александр Михайлович Гильфонд; заместитель начальника УНКВД Дальстроя Арон Соломонович Горин (Лундин); начальник Управления Волго-Донского канала Наркомвода СССР Анатолий Георгиевич Горянов-Горный (Бенкович — его подлинная фамилия)… Да какую мало-мальски командно-приказную должность в Главном управлении лагерей ни возьми, то Соломон Рафаилович Мильштейн, то Моисей Григорьевич Чердак и долог, ох, как долог этот список. Желающих познать его подробнее отошлю к фундаментальным исследованиям А. И. Солженицына, его трёхтомнику «Архипелаг ГУЛАГ», Андрея Дикого «Евреи в России и в СССР», Вадима Абрамова «Евреи в КГБ».

Согласно исследованиям А. Кожурина и Н. Петрова «НКВД: структура, функции, кадры» («Свободная мысль», 1997, № 6, стр. 118), на которые ссылается А. И. Солженицын в своей книге «200 лет вместе» (М., 2002, т. 2, стр. 293) в местных органах госбезопасности в 30-ые годы служили 1 776 евреев: И. М. Блат, И. Леплевский, Л. Я. Файвилович, М. Г. Раев-Калинский, он же Пурнис, П. Ш. Симановский, Лившиц, Г. Я. Абрампольский, А. С. Шийрон, И. З. Рессин, Зеликман, Н. Райский, Г. И. Шкляр, Л. Б. Залин, Круковский, Троицкий, Рутковский…

Бывший депутат Государственной Думы В. В. Шульгин в своей книге «Что нам в них не нравится. Об антисемитизме в России» цитирует показания чекиста Болеросова, данные им «Особой следственной комиссии на Юге России» и опубликованные в сборнике документов «На чужой стороне» (выпуск ХI, 1925 год): «В этот период происходило комплектование Че-Ка, и по национальностям можно смело говорить о преимуществе над всеми другими евреев… Я не ошибусь, если скажу, что процентное отношение евреев к остальным сотрудникам Че-Ка равнялось 75:25, а командное положение находилось исключительно в их руках». Болеросов перечисляет личный состав командных должностей в Киевской «чрезвычайке», даже в те годы отличавшейся особой кровавой жестокостью: Председатель — Блувштейн (еврей), заместитель Председателя и заведующий секретным отделом — Дехтяренко Петр (русский), секретарь комиссии — Шуб (еврей), заведующий юридическим отделом — Цвибак Самуил (еврей), заместитель заведующего юридическим отделом — Манькин (еврей), заведующий оперативным отделом — Яков Лифшиц (еврей), заместитель заведующего оперативным отделом — Цвибак Михаил (еврей), комендант — Фаерман (еврей), заведующий тюремным подотделом — Кац (еврей), командир особого отряда при Че-Ка — Финкельштейн (еврей), заведующий спекулятивным подотделом — Мотя Гринштейн (еврей)… (В. В. Шульгин «Что нам в них не нравится. Об антисемитизме в России», СПб., 1992, стр. 257 — 258).

Взять списки других ЧК — Чрезвычайных Комиссий, что Петроградской, что Московской, что Ростовской, портреты должностных лиц мало чем будут отличаться от Киевской. Потому и пишет Леонард Шапиро: «Всякому, кто имел несчастье попасть в руки ЧК, предстояла весьма высокая вероятность оказаться под еврейским следователем или быть расстрелянным им» (А. И. Солженицын «200 лет вместе», М., 2002, т. 2, стр. 211).

Вот список награжденных 18 декабря 1927 года «за особо ценные заслуги» к 10-летию славной ВЧК: Яков Агранов, Зиновий Кацнельсон, Матвей Берман, Лев Белшьский, Лев Залин, Лев Мейер, Леонид Вуль («Соловецкий попечитель» — как характеризует его А. И. Солженицын), Семён Гендин, Карл Паукер (А. И. Солженицын «200 лет вместе», М., 2002, т. 2, стр. 209). Продолжим список особо отличившихся чекистов, отмеченных орденами к 30-му году, вот они-то и были подлинными ударниками строительства Архипелага ГУЛАГ: ещё Семён Шварц, ещё Евсей Ширвиндт — целое десятилетие командовал Главным управлением местами заключения и конвойной стражи СССР…

Через десять лет, к 20-летию ВЧК-ОГПУ-НКВД, список награждённых евреев значительно расширится — до 56 (там же).

Концентрационные лагеря, которыми руководил ГУЛАГ, вошедшие не только в труды историков, правозащитников, политиков, писателей, но и, самое главное, в сознание большинства людей, как «сталинские» лагеря, это ни что иное, как инструмент террора. Но террор в России, захваченной большевиками, как инструмент подавления, запугивания масс, разрабатывал не Сталин, нет ни одного документа тех лет, подготовленного с его участием, тут первенство должно заслуженно отдать лично В. И. Ленину (Ульянову), который через три месяца после прихода к власти, в феврале 1918 года требовал увеличить число мест заключения (В. И. Ленин, ПСС, т. 54, стр. 391), и уже тогда в лексиконе вождя мирового пролетариата фигурировала формулировка «концентрационные лагеря».

В августе 1918 года Владимир Ильич направляет телеграмму Пензенскому губисполкому и лично Евгении Бош, по линии ЦК и ЧК, как характеризует её А. И. Солженицын, заправлявшей судьбой всей Пензенской губернии, где в то время вспыхнуло крестьянское восстание: «Сомнительных запереть в концентрационный лагерь вне города» (В. И. Ленин, ПСС, т. 50, стр. 143-144) (здесь и далее выделено мною — Б.М.).

Через несколько дней после этой ленинской телеграммы, а именно 5 сентября 1918 года, вышел спешный Декрет Совета Народных Комиссаров о Красном Терроре. И опять же среди подписавших Декрет вы не найдёте И. В. Сталина. Авторы кровавого Декрета Петровский, Курский и Бонч-Бруевич. Декрет жёстко обязывает проводить массовые расстрелы и «обеспечить Советскую республику от классовых врагов путём изолирования их в концентрационных лагерях» (Собрание Узаконений РСФСР за 1918 год, № 65, статья 710). И не Сталин, а опять же Ленин требовал от наркома юстиции «расширить применение расстрела» (В. И. Ленин, ПСС, т. 39, стр. 404-405), и не только расширить, но и … узаконить: «Суд должен не устранить террор; обещать это было бы самообманом или обманом, а обосновать и узаконить его принципиально, ясно, без фальши и без прикрас. Формулировать надо как можно шире, ибо только революционное правосознание и революционная совесть поставят условия его применения на деле более или менее широкого» (там же, т. 45, стр. 190). Волю Ильича исполнили в новом Уголовном кодексе, запущенном на полный кровавый ход 1 июня 1922 года.

Никакого отношения не имеет И. В. Сталин и к постановлениям ВЦИК о лагерях принудительных работ, последовавшим одно за другим 15 апреля и 17 мая 1919 года (Собрание Узаконений РСФСР за 1919 год, № 12, стр. 124 и № 20, стр. 235 — А. И. Солженицын «Архипелаг ГУЛАГ», М., 1989, т. 2, стр. 17), как не имеет он никакого отношения и к трагично знаменитому заседанию Совнаркома 26 марта 1928 года, рассмотревшему состояние карательной политики в стране, состояние мест заключения, и признавшему, что карательная политика недостаточна, что надлежит к классовым врагам и классово чуждым элементам применять суровые меры репрессий, устрожить лагерный режим, «считать в дальнейшем необходимым расширение емкости трудовых колоний» (ЦГАОР, ф. 393, оп. 78, х. 65, л.л. 369 — 372. — А. И. Солженицын «Архипелаг ГУЛАГ», М., 1989, т. 2, стр. 69). Вёл заседание Председатель Совета народных комиссаров А. И. Рыков.

Так почему же тогда лагеря «сталинские», не «ленинские», не «рыковские», а именно «сталинские»?! Может, потому же, что и виселица — «столыпинский галстук», когда экзальтированный депутат II Государственной Думы из партии кадетов Ф. И. Родичев, из тех ещё первых либералов, взвился на трибуну (вот у кого учился А. А. Собчак) и ради красного словца, эффектного жеста с расчётом сорвать аплодисменты и тогда уж точно попасть в свежие выпуски газет, обмахнул ручонкой вокруг шеи, изображая петлю, и возопил, что премьер-министр своими «столыпинскими галстуками-виселицами» застолбил всю Россию, и это было настолько чудовищной ложью, что Пётр Аркадьевич Столыпин даже не стал утруждать себя подняться на трибуну и опровергнуть ложь, посчитав это ниже достоинства премьер-министра, усмотрев в депутатском визге не клевету на Совет Министров, а личное оскорбление, потому и вызвал краснобая в перерыве заседания на дуэль, отчего насмерть перепуганный либерал после перерыва долго извинялся с трибуны перед Петром Аркадьевичем, лепеча жалостливо, что его не так поняли, что он совсем другое имел в виду… Но вот же ирония судьбы: ложь развенчали, а «столыпинский галстук» остался. В нашей истории всё драматичнее: при жизни Иосифа Виссарионовича никто про «сталинские лагеря» не заикался, теперь Сталина нет и вызвать на дуэль ни Федотова, ни Медведева он не может. Представляю, как бы эти юристы, тот и другой откосившие от прохождения действительной службы в армии, визжали, вызови их сегодня И. В. Сталин на дуэль. Одно остаётся: тыкать носом этих учёных юристов в подлинные документы, чтобы оставалось и укреплялось в обществе слово правды, слово истины, а не грязного, подлого навета.

«На Архипелаге, — пишет А. И. Солженицын, — живёт упорная легенда, что «лагеря придумал Френкель»…

Нафталий Аронович Френкель, турецкий еврей… Во время Первой мировой войны Френкель вёл какие-то спекуляции с оружием… По тайному поручению ГПУ создаёт, как бы от себя, черную биржу для скупки ценностей и золота за бумажные рубли… Дельцы и маклеры хорошо его помнят по прежнему времени, доверяют — и золото стекается в ГПУ. Скупка кончается и, в благодарность, ГПУ его сажает… Однако, неутомимый и необидчивый Френкель становится начальником экономической части (на Соловках) и высказывает свой знаменитый тезис об использовании заключенного в первые три месяца, а дальше ни он, ни его труп не нужны» (А. И. Солженицын «Архипелаг ГУЛАГ», М., 1989, т. 2, стр. 73 — 75). Отсюда триумфальное восшествие турецкого еврея Нафталия Френкеля к вершинам лагерного всевластия — он становится начальником работ великого Беломорстроя — главным надсмотрщиком на поле трудовой битвы. За Беломорканал Нафталий Аронович получит орден Ленина и повышение — начальником БАМлага. Завершит свою карьеру Н. А. Френкель заместителем министра путей сообщения Л. М. Кагановича по капитальному строительству и отойдёт покойно в мир иной в 50-ые годы в звании генерал-лейтенанта, в старости, в почёте и в покое. «Мне представляется, что он ненавидел эту страну», — итожит свой рассказ Александр Исаевич об одном из самых циничных подлинных творцов того людоедского концлагерного ада, что обретёт потом фальшивое, сфальсифицированное сталинское имя, истерично, навзрыд проклинаемое потомками френкелей и ягод.

Продолжу список настоящих устроителей лагерного кошмара, тех, кто рядом с Н. А. Френкелем, плечом к плечу: первый начальник всех мест заключения РСФСР, названный в Отчёте Х съезду Советов в 1922 году товарищ Е. Ширвиндт, Яков Давыдович Раппопорт — с 1930 года помощник, с 1932 года — заместитель начальника ГУЛАГ, начальник Тагильского концлагеря, начальник Управления лагерей Челябметаллургстроя, Главгидроволгодонстроя, Главгидроволгобалтстроя и Управления Волго-Балтийского лагеря МВД; Семён Григорьевич Фирин — с 1932 года начальник строительства Беломорско-Балтийского канала, с 1933 года — заместитель начальника ГУЛАГ, затем начальник Дмитлага; главный бухгалтер Беломорстроя, а затем и всего ГУЛАГА Лев Ильич Инжир; начальник Ухтпечлага Яков Моисеевич Мороз, где, пишет А. И. Солженицын, «как из мешка сыпались приговоры на расстрел и на 20 лет»: «за подстрекательство к побегу», «за саботаж» (А. И. Солженицын «Архипелаг ГУЛАГ», М., 1989, т. 2, стр. 121); начальник Ново-Архангельского лагеря Н. Гершель, сын портного из Жлобина; начальник областного НКВД в Архангельске, заправлявший жизнью и смертью десятков тысяч лагерников — Шейрон, начальник буреполомских лагерей — Перельман…

«Всемирно известный БелБалтЛаг, — пишет А. И. Солженицын, — вобрал в себя в 1931-1932 годах сотни тысяч русских, украинских и среднеазиатских мужиков. Раскрыв августовскую газету 1933 года («Известия, 1933, 5 августа, стр. 1 -2), посвящённую окончанию канала, читаем список награждённых. Ордена пониже получают там и бетонщики, арматурщики, но высший орден, орден Ленина, — только восемь человек, ещё с большими фотографиями каждого, и дан он лишь двум собственно инженерам, но зато — всему высшему руководству канала. И кто же там во главе? Генрих Ягода, нарком НКВД. Матвей Берман, начальник ГУЛага. Семён Фирин, начальник БелБалтлага (к моменту награды — уже начальник Дмитлага, и там повторится вся картинка ещё раз). Лазарь Коган, начальник строительства (таковым поедет и на Волгоканал). Яков Раппопорт, заместитель начальника строительства. Нафталий Френкель, начальник работ Беломорстроя. И злой дух всего Архипелага, — добавляет А. И. Солженицын («200 лет вместе», М., 2002, т. 2, стр. 334-335).

И вот далее как важно для понимания «сталинизации» и, конечно же, даже более того важнее для понимания «десталинизации», процитировать Александра Исаевича Солженицына, чей авторитет исследователя ГУЛАГ, сполна хлебнувшего лагерного лиха, безупречен и безукоризнен: «40 лет спустя я повторил эти шесть портретов негодяев в «Архипелаге», — с их же выставки и взял, и не выборочно, а всех управителей, кто был помещён. Боже! — какой всемирный гнев поднялся: как я смел?! это — антисемитизм! я — клеймёный и пропащий антисемит. В лучшем случае: приводить эти портреты был «национальный эгоизм» — то есть русский эгоизм! И — поворачивается язык, когда на соседних страницах «Архипелага»: как покорно замерзали «кулацкие» пареньки под тачками…

А где ж были их глаза в 1933, когда это впервые печаталось? Почему ж тогда не вознегодовали?

Повторю, как лепил и большевикам: не тогда надо стыдиться мерзостей, когда о них пишут, а — когда их делают.

О Нафталии Френкеле, неутомимом демоне «Архипелага», особая загадка: чем объяснить его странное возвращение в СССР из Турции в 20-е годы? Уже благополучно удрал из России со всеми капиталами при первом дуновении революции: в Турции уже получил обеспеченное, богатое и свободное положение; никогда не имел и тени коммунистических взглядов. И — вернуться? Вернуться, чтобы стать игрушкою ГПУ и Сталина, сколько-то лет отсидеть в заключении и самому, — зато вершить беспощадное подавление заключённых инженеров и уничтожение сотен тысяч «раскулаченных»? Что двигало его ненавистно злым сердцем? Кроме жажды мести к России не могу объяснить ничем. Пусть объяснит, кто может.

А понимая механизм лагерного устройства и спускаясь чуть пониже? Начальник 1-го отдела строительства Беломора — Вольф, начальник Дмитровского отдела Волгоканала — Бовшовер. Финотдел Беломорстроя: начальник Л. Берензон, его заместитель А. Дорфман, только что упомянутый Инжир, ещё Лоевецкий, Кагнер, Ангерт. А сколькие посты остаются скромно не названными? И можно ли предположить, что евреев допускали на канале копать лопатой, гнать тачку с грунтом и от истощения рухнуть над этой тачкой? — Судите, как хотите. А. П. Скрыпникова и Д. П. Витковский, побывавшие на Беломоре, рассказывали мне, что в рядах придурков Беломорканала преизбыточны были евреи, но не катали они тачек и не умирали под ними.

И не в одном БелБалтлаге можно было увидеть высоких лагерных начальников-евреев. Строительство железной дороги Котлас-Воркута — Мороз (его сын женился на Светлане Сталиной); особоуполномоченный ГУЛага по Дальнему Востоку — Грач. Это — немногие имена, какие случайно выплыли. Не написал бы мне зэк-американец Томас Сговио — я б и не знал о таком начальнике Чай-Урьинского Горного Управления на Колыме в 1943-44 (разгар Отечественной войны): «Подполковник Арм был высокий черноволосый еврей с ужасной репутацией… Его дневальный торговал спиртом кому угодно: 50 грамм — 50 рублей. Держал своего собственного преподавателя английского языка — молодого американца, арестованного в Карелии. Жена его получала зарплату бухгалтера, но не работала, а вместо неё в конторе сидел зэк» (очень частый способ, как семьи гулаговского начальства ещё подрабатывают).

А вот уже в «гласность» печатает советская газета о страшном гулаговском управлении, строившем туннель материк-Сахалин, оно называлось «трест Арайса»10. Кто был этот товарищ Арайс? — не ведаю. Но и сколько погибло у него в шахтах и в недостроенном туннеле?

Спускаясь от «великого» Беломора до крохотного 121-го лагучастка 15-го ОЛПа Московского УИТЛК (оставившего по себе, впрочем, не такое уж незаметное полукруглое здание на Калужской заставе в Москве). Там — вся наша жизнь направлялась и топталась тремя ведущими придурками: Соломоном Соломоновым, главным бухгалтером; Давидом Бурштейном, «воспитателем», а потом нарядчиком; и Исааком Бершадером. (Соломонов и Бершадер перед тем так же точно вершили лагерем при Московском Автодорожном, МАДИ)» (А. И. Солженицын «200 лет вместе», М., 2002, т. 2, стр. 335 -336).

Здесь точкой можно поставить рассказ латыша Ане Берштейна, одного из главных солженицынских свидетелей по ГУЛАГУ, который убеждён, что он лишь потому выжил в лагерях, что в тяжёлые минуты обращался за помощью к евреям, а те по фамилии, да и по подвижному облику, принимали его за своего — и всегда выручали. В лагерях же, где он побывал (например, буреполомские, начальник Перельман), евреи всегда составляли всю правящую верхушку и евреи же были ведущие вольнонаёмные (Шульман — начальник спецотдела, Гринберг — начальник лагпункта, Кегельс — главный механик завода), и в штат себе из заключённых подбирали тоже евреев.

Тезис Н. А. Френкеля об использовании заключенного в первые три месяца, а дальше ни он, ни его труп никому не нужны, не был пустым звуком, в реальности это была сформулированная Н. А. Френкелем идеология геноцида, реализуемая и самим Френкелем и его соплеменниками на практике, — интенсивно выжимать из человека все силы, как сок из лимона, а потом выбрасывать, как ненужную кожуру. Когда же лагеря, превращенные френкелями с соплеменниками в гигантские прессы, в человеческую давиловку, проверялись комиссиями ВЦИК под председательством таких товарищей, как Сольц, которого А. И. Солженицын иронично и зло именует «совестью партии», они, конечно же, не находили никаких отклонений от социалистической законности. А фундаментальные труды, научно обосновывающие необходимость каторжного труда в концлагерях, пеклись такими «учёными юристками» (выражение А. И. Солженицына), как племянница Яноша Соломона Мовшевича, он же Яков Михайлович Свердлов, Ида Авербах — автор книги «От преступления к труду» (М., «Советское законодательство», 1936). Её брат Леопольд Авербах — один из редакторов книги «Беломорско-Балтийский канал имени Сталина», циничного гимна каторжному труду и гибели тысяч заключённых, сочинённого в 1939 году к XVII съезду партии. В соредакторах Леопольда Авербаха — замначальника ГУЛАГ, уже упоминавшийся нами Семён Фирин, палаческое имя которого А. И. Солженицын выделяет особо, расставляя по ранжиру имена наиболее «отличившихся» рабовладельцев: «Впору было бы выложить на откосах канала шесть фамилий — главных подручных у Сталина и Ягоды, главных надсмотрщиков Беломора, шестерых наёмных убийц, записав за каждым тысяч по сорок жизней. Семён Фирин. — Матвей Берман. — Нафталий Френкель. — Лазарь Коган. — Яков Раппопорт. — Сергей Жук. Да приписать сюда, пожалуй, начальника ВОХРа БелБалтЛага — Бродского. Да куратора канала от ВЦИК — Сольца» (А. И. Солженицын «Архипелаг ГУЛАГ», М., 1989, т. 2, стр. 93).

Прослеживая закономерность расширения репрессий в стране с нарастанием количества евреев в органах ЧК-ВЧК-ГПУ-ОГПУ, как тут не вспомнить надрывный призыв их кумира-единокровца Лейбы Давидовича Троцкого (Бронштейна): «Если мы выиграем революцию, раздавим Россию, то на погребальных обломках её укрепим власть и станем такой силой, перед которой весь мир опустится на колени. Мы покажем, что такое настоящая власть. Путём террора, кровавых бань мы доведём русскую интеллигенцию до полного отупения, до идиотизма, до животного состояния. А пока наши юноши в кожаных куртках — сыновья часовых дел мастеров из Одессы и Орши, Гомеля и Винницы, — о, как великолепно, как восхитительно умеют они ненавидеть всё русское! с каким наслаждением они уничтожаю русскую интеллигенцию — офицеров, инженеров, учителей, священников, генералов, агрономов, академиков, писателей!» (цитирую по книге Владимира Карпова «Генералиссимус», Калининград, 2002, т. 1, стр. 55).

Откуда и как взрастали столь любимые Лейбой Бронштейном (Троцким) «юноши в кожаных куртках, сыновья часовых дел мастеров»? В пример — карьера Янкеля Вайсбарта, оставшегося в истории как Яков Белобородов, председатель Уралсовета, организатор чудовищного расстрела Царской семьи в ночь с 16 на 17 июля 1918 года. «Троцкий не забыл эту услугу Белобородова: в марте 1919 года Белобородов вместе со Свердловым, с благословения Троцкого, осуществлял «расказачивание». Он подавлял восстание в Вешенской, истреблял казаков, находясь на Дону с мандатом, дающим ему неограниченные полномочия по «ускорению ликвидации этого восстания», позволявшим «отстранять и предавать суду Революционного трибунала» всех, кого он посчитает нужным. Белобородов чётко следовал указанию Троцкого: «Восстание на Дону надо пресечь каленым железом — безжалостно уничтожать не только мятежников, но и жителей казачьих хуторов и станиц…» . (Владимир Карпов «Генералиссимус», Калининград, 2002, т. 1, стр. 63).

Лейба Бронштейн (Троцкий) не забывал своего протеже, всё время продвигая его дальше и выше: с 1921 года Янкель Вайсбарт (Белобородов) — заместитель наркома НКВД РСФСР, а с 1923 Янкель Вайсбарт уже нарком и будет всесильным правителем всесильного наркомата целых четыре года. «Таким образом, — итожит В. В. Карпов, — репрессии против русских в этот период лежат на совести этого троцкиста» (Владимир Карпов «Генералиссимус», Калининград, 2002, т. 1, стр. 63).

Спасибо М. А. Федотову с Д. А. Медведевым уже за то, что они принудили всех нас всмотреться пристальнее в тех, кто долгие десятилетия скрывался под маскировочной завесой «сталинизации». Теперь, после объявленной М. А. Федотовым — Д. А. Медведевым «десталинизации» должно быть убрано всё фальшивое, лживое и наносное в истории ГУЛАГ. Не Сталин, а такие как Свердлов (Мовшевич), Володарский (Гольдштейн), Крестинский возвели террор в основу государственного управления. Это они, да ещё жена Свердлова, подписали убийственное «Решение орг. Бюро ВЦИК от 24 января 1919 года»: «Провести массовый террор против богатых казаков, истребив их полностью, провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем вообще, принимавших какое-либо прямое участие в борьбе с Советской властью… Расстреливать каждого, у кого будет обнаружено оружие после срока сдачи».

Положение И. В. Сталина в это время, несмотря на гулко звучащую должность — Генеральный секретарь, расценивалось всего-навсего в качестве общего руководителя канцелярии партии и никакого отношения к развёртыванию репрессий в стране, созданию концлагерей, выработки программы террора он точно не имел, и иметь не мог по своему статусу в отличие от Ленина, Троцкого, Свердлова, Рыкова. Это по прямому приказу Троцкого в Крыму без суда и следствия его «юноши в кожаных куртках» расстреляли десять тысяч русских офицеров как превентивное мероприятие, — чтобы они не ушли в белое движение. Эти действия Троцкий обосновал теоретически: «У нас нет времени выискивать действительных активных наших врагов. Мы вынуждены стать на путь уничтожения физического всех групп населения, из которых могут выйти возможные враги нашей власти» (цитирую по книге В. В. Карпова «Генералиссимус», Калининград, 2002, т. 1, стр. 65).

О безопасности чьей власти так кроваво пекся Лейба Троцкий (Бронштейн), массово огульно расстреливая , превентивно!, на всякий случай!, в упреждение! тысячи офицеров, за которыми сразу же под палаческую бронштейновскую гильотину пошли священнослужители, дворяне, справные крестьяне? Это становится ясным, если проанализировать сформированный Троцким Военный комиссариат, где из 43 членов: русских — 0, латышей — 8, немцев — 1., евреев — 34, то есть сплошняком: Фишман (председатель революционного штаба Северной армии), Геккер (командующий Красной Армией в Ярославле), Цейгер (политический комиссар Петроградского военного округа), Слузин (командующий Курским фронтом), Бруно, Шульман (чрезвычайный комиссар Восточного фронта)…

Так почему, черт их побери!, всю вину за репрессии, за весь кровожадный террор, развязанный против русского народа захватившими власть большевиками, возлагают на Сталина, которого я не обеляю, не приукрашиваю, я просто хочу понять, почему крайним сделали именно Сталина, я хочу понять истоки так называемой «сталинизации», я хочу понять истоки так называемого «сталинизма», я просто хочу понять, почему из человека, так велико много сделавшего для развития и укрепления страны, долгие десятилетия лепят и лепят образ самого кровавого тирана, но вот же не Сталин, к примеру, а лично Председатель Совета народных комиссаров В.И. Ленин (Ульянов) под грифом «строго секретно» 1 мая 1919 года отправляет Председателю ВЧК тов. Дзержинскому Ф.Э. указание: «В соответствии с решением ВЦИК и Сов.нар. комиссаров необходимо как можно быстрее покончить с попами и религией. Попов надлежит арестовывать, как контрреволюционеров и саботажников, расстреливать беспощадно и повсеместно. И как можно больше. Церковь подлежит закрытию. Помещения храмов опечатывать и превращать в склады». Но ведь о ленинских жертвах не пишут и не говорят. Троцкий — ведь как лютовал, какие бойни-расстрелы устраивал! — и вовсе нигде никогда не упоминается как палач русского народа, а имя ещё одного кровавого убийцы — Свердлова — по-прежнему продолжает венчать улицы, площади многих городов России, даже уральская громада-область продолжает носить это кровавое имя убийцы, и памятники ему стоят везде непошевелённые. И только имя Сталина в багряном кровавом отсвете, а сейчас уже и более того имя Сталина назойливо, упорно навязывается в близнецы-двойняшки к Гитлеру, мол, одного поля волчьи ягоды. Что так?

Прежде чем дать единственно вразумительный и действительно убедительно объясняющий ответ, который я нахожу как ключ к пониманию «сталинизации-десталинизации», к той грязной, лживой, нагло-нахрапистой неудержной травли И. В. Сталина, длящейся уже больше полувека, 55 лет!, я должен представить человека, на вывод которого сошлюсь, и хотя прежде я уже цитировал его — Владимира Васильевича Карпова, да только сейчас то, что мне предстоит процитировать, а вам осознать, требует непременно представляющих его слов, чтобы сказанное им действительно обрело должный, справедливо заслуженный, реальный вес. Владимир Васильевич Карпов — разведчик, легендарный разведчик, Герой Советского Союза, добывший 79 языков. Больше него в истории войн — никто! Но мне важно не подвиги его подчеркнуть, а его